— Да, и не из последних, — самодовольно улыбаясь, проговорил Вова.

— Однако, проходя курс наук, не слишком ли вы манкировали языками? — спросил я их, не скрывая иронии.

— Видите ли, — ответствовал Александр, — в наше время уже не придается такого значения языкам. Впрочем, все мы немного знаем английский.

— В следующий раз говорите уже лучше древнеегипетский, — заметил им я. — Хотя и английский почти никто не знает, но все же, говоря об египетском, сможете быть уверены наверняка, что не опростоволоситесь.

— Вы напрасно нам не верите, — горячо заговорила Марина. — Обширная сфера человеческих знаний не исчерпывается языками. В наше время образование носит более технический характер.

— И то правда, — согласился я. — Не угодно ли будет кому-нибудь из вас рассказать мне, как выплавлять железную руду?

Они совершенно растерялись.

— Мы не можем знать, как ее выплавляли 200 лет назад, — заговорила, наконец, Валентина. — В наше время это делают уже по-другому. Мы только не знаем как, это слишком специальный вопрос, да вы бы все равно не поняли. Это слишком сложно.

Разумеется, я не стал выказывать перед ними свою образованность и осведомленность, а, не вступая в спор по поводу того, что я мог бы понять, а что нет, попросту спросил:

— Древняя история, смею надеяться, у вас не изменилась? Соблаговолите же сообщить мне, в каком году пал Константинополь? Как? Вы не знаете дату важнейшего для истории не одной России, но и всей Европы события? Ну хотя приблизительно. Право, господа, не знаешь, о чем вас и спрашивать. Надеюсь, уж трех первых царственных особ дома Романовых вы назвать сможете? Тоже нет?

— Ладно, — сказал Вова с не свойственной ему доселе серьезностью. — Оставим историю. Я вам все-таки докажу, что мы из будущего. Уверен, что знаю математику лучше любого из ваших ученых. Математика — надежная вещь. Она и со временем не меняется, и строится как здание — кирпич на кирпич, так что тут я полностью уверен, что отвечу на любой вопрос.