В этот момент дверь веранды хлопнула и послышались шаги в коридоре. Кто-то торопливо разувался, шумно скидывая с себя ботинки. «Володька,» – мелькнула догадка.

Супруг вошел в комнату, тяжело дыша.

– Вот ты где! – просипел он, пытаясь отдышаться. Настя спокойно защелкнула замки чемодана.

– Володька, почему не на работе? Забыл чего?

– Со мной мы разберемся позже, – начал ее муж, подперев рукой косяк. – А ты что здесь делаешь?

Настя молча поднялась с колен и понесла чемодан к выходу. Муж загородил ей дорогу.

– Убери руку.

– Уберу, конечно, уберу... Но сначала ответь!

В его голосе был испуг, она поняла это по каким-то едва заметным скрипучим ноткам и даже удивилась, зачем она столько времени провела с мужиком, у которого такой голос.

– Потом объясню, мне надо бежать.

– Погоди, погоди! Есть кто еще в доме?

Настя удивленно вскинула брови.

– Нет, я одна.

– Одна, говоришь? – переспросил он и нерешительно направился в сторону спальни. Он глянул туда мельком, словно ожидал получить пулю в лоб.

– Так. В сарае тоже никого нет, – проговорил он, успокаиваясь.

Насте надоело смотреть на мучительный ход его мыслей и она направилась к выходу.

– Ты куда? – схватил он ее за плечо. – Ты в курсе, что тебя ищут?

– Кто?

– Хх-а! – пожал он плечами, дивясь женской наивности. – Мне позвонила Зухра, помнишь Зухру? Она на таможне работает, рядом с вами.

– И что?

– Она еще спрашивает?! – воскликнул муж, глядя куда-то в сторону, словно обращаясь к невидимым зрителям. – Весь погранпост «откисает», а она не в курсе! Я сам видел, как здоровенные мужики – амбалы! – по полу катаются и плачут как дети!

– Не поняла, – растерялась Настя, медленно опуская чемодан на пол.

– Зухра мне позвонила двадцать минут назад! Сказала, что какой-то кавказец тебя захватил в заложники! И что весь пост отравил химическим оружием!