Если со мной что-то случится, Лола сможет получить мои деньги без всяких хлопот и беготни по банкам. О'кей, у тебя есть баксы, а у меня есть сейф. В нем я держу свои деньги и могу положить твои. А когда ты захочешь их потратить, то можешь получить у меня. Наличные куда важнее, чем какая-то банковская дребедень. И не важно, что на эти деньги не нарастают проценты. Эти проценты… То они поднимаются, то опускаются, то банк «жиреет», то «горит»… Ну да, что говорить! Ты получишь расписку. Я сохраню твои деньги, и в любое время ты их получишь обратно.

Я стоял, как вкопанный.

– Но не держите же вы сто тысяч здесь, в сейфе?

– Почему же нет? Конечно держу. Уж не считаешь ли ты, что я доверю какому-нибудь банку такую сумму? У меня есть хороший сейф, можно сказать, превосходный. Лоуренс-сейф. Да ты ведь сам разбираешься в сейфах. Разве Лоуренс-сейф – не лучшее место для денег?

– Лоуренс-сейф?..

– Ну, конечно. Пять лет назад у меня здесь побывал коммивояжер и продал его мне. Это был честный комми. «Положите деньги в этот сейф, и они будут в безопасности», – вот что он мне сказал. Это лозунг его корпорации, и он чертовски хорош. Комми был прав, Джек!

«Лоуренс-сейф – музыкальный ящик, консервная банка, которую я могу открыть за три минуты», – это были мои первые мысли.

Но я взглянул в сияющее лицо Джонсона, увидел, как он гордится своим сейфом, и не мог сказать ему правды.

– Да, конечно… я знаю… это лучший…

Карл подошел и похлопал меня по плечу. Я уже привык к его похлопываниям, но все же каждый раз, когда он опускал на плечо свою руку, у меня подкашивались ноги. Джонсон сам не знал своей силы.

– О'кей, я сохраню твои деньги, скажи только слово.

– Спасибо, мистер Джонсон.

– Лучше положить деньги в сейф прямо сейчас. Никогда не знаешь, что может случиться. Не дело держать их в хижине.

Я, как лунатик, двинулся к своему дому, сложил банкноты и вручил Джонсону. Он дал мне расписку на пятьсот долларов.