— Ты это, Натаха, — говорит Таня смущенно. — Я тебе руку тогда сломала. Извини.

— Чего уж там, — говорю. — Да и не было никакого перелома, только вывих. Сто лет назад зажило. Ты-то как?

— Нормально. Слушай, Натаха… — замолкает, трет переносицу кончиками пальцев. — Даже не знаю, с чего и начать… Столько сказать надо!

— Начни с важного, Танечка, — доброжелательно советует доктор Маркова.

— Да… С важного. Ну, слушай тогда, Натаха. Ты — маг Тьмы. Тебе не место в этом мире!

Нашла Темного мага! Ну, Танька… Вовремя ловлю взгляд доктора Марковой. "Не спорь!" Л-ладно! Не буду…

— Я серьезно… — снова трет лоб, голова у нее болит, что ли? А впрочем, от феназипама не только голова, все, что хочешь, заболит.

Ладно, может, и не феназипамом ее тут пичкают, а каким-нибудь суперпоследним словом в психиатрии, импортно-заграничного генеза. Что с того? Голова все равно болит и болеть будет. И седина вон на висках появилась…

Эх, Танька, Танька, дурочка ты несчастная, жалко тебя до слез! Ну, чем наш-то мир перед тобой провинился? Нормальный мир, вот и живи в нем нормально. Как все. Придумывай свои сказки, писать учись, а там, гляди, станешь со временем мэтром фентези на вроде Толкина. Но даже если и не станешь, невелика беда, подумаешь. Так нет же! Дадим сказке реальность, а санитарам — лишние хлопоты…

— Натаха, слушай, — наконец-то Таня собрала все свои мысли в кучку. — Есть особенное время. Под Новый год. Две недели до и две после. Слабеют внешние границы, и Сумрак Междумирья начинает сочиться в нашу жизнь. В это время даже непосвященный способен преломить Силу Сумрака во имя своей надежды. Но большинство желаний никогда не сбывается, и знаешь почему?

— Почему, Таня?

— А потому, что редко кто способен верить настолько неистово, чтобы Сумрак откликнулся на его желания! Но я-то не просто верю, я — ЗНАЮ! Я каждый раз на Новый год загадывала одно и то же, все время!