- Она зовется Площадью Ожидания,- ответил Мефистофель, поглядев в ту сторону, куда был направлен перст архангела.- В старые добрые времена туда отсылали всех добродетельных язычников и некрещеных младенцев; там они ожидали окончательного решения суда по их запутанным и сложным делам. Теперь это место уже не пользуется широкой популярностью, однако множество любопытнейших персон до сих пор попадает сюда в силу различных обстоятельств.

- Мне кажется, лучшего места для нашей беседы не найти,перевел разговор на другую тему Михаил. Ему не нравилось многое из того, что происходило на Площади.

- Эта сфера принадлежит равно как твоему, так и моему народу,- сказал Мефистофель.- Лимб - нейтральная территория, так сказать, ни рыба, ни мясо - во всяком случае, уж никак не добрый кусок баранины. Где еще сыщется лучшее место для встречи, которая должна положить начало нашему новому спору? Итак, не пройти ли нам внутрь?

Михаил секунду поколебался, прежде чем отвесить собеседнику легкий поклон в знак согласия, и вошел в таверну.

Михаил был строен и высок ростом - высок даже по архангельским меркам; при виде его атлетически сложенной фигуры невольно приходила на ум пословица "ладно скроен и крепко сшит". Темные курчавые волосы, крючковатый нос и оливковый цвет кожи позволяли угадать в нем потомка персов и семитов (в те давние времена, когда миром еще не овладела идея Единого Бога, и все Духи еще не были отданы под начало одной из двух противостоящих друг другу сил, а народы поклонялись местным божествам, он покровительствовал городу Иерусалиму). Михаил уже давно мог бы изменить свой облик, если бы только пожелал, прибегнув к помощи пластической хирургии,- ведь в Вышних Сферах, где ваша внешность не дает вам ровно никаких преимуществ, каждый выглядит так, как он хочет,- однако он считал, что смуглая кожа, темные, вьющиеся мелкими кольцами волосы и орлиный профиль выделяют его из толпы златокудрых и синеоких архангелов.