– Я все знаю, – сказал Уильямс. – Именно поэтому мы с Томом О'Малли здесь. Полковник послал нас встретиться с ее братом.

– С братом? – Крейн уставился на Уильямса. – Позволь, так ты знаешь, кто она?

– Если она действительно сестра этого парня, то конечно знаю. Том сейчас его ищет. Это пижон из Нью-Йорка. Их семья – туго набитый кошелек, – Уильямс хлебнул из бокала. – Его зовут Кортленд. Чонси Кортленд-Третий.

Крейн присвистнул:

– Я знаю эту семью. По-моему, старушка имеет какое-то отношение к опере.

– Какое-то отношение?! – голос Уильямса звенел. – Да эта старушка – сама Опера. Без нее "Метрополитен Опера" – просто бурлеск!

Крейн нахмурился:

– Если она в самом деле так богата, то чем тогда занималась здесь ее дочь – как, кстати, ее имя? – в этой дешевой ночлежке?

– Имя – Кэтрин. Больше мне о ней ничего не известно. Мы расспросим обо всем ее братишку, когда он явится. Я знаю следующее: брат старушки, то есть дядя девушки – наш клиент. Он ведет какие-то дела непосредственно с полковником, – Уильямс стер влагу с бокала и стряхнул ее с пальца на зеленый ковер. – И, между прочим, полковник страшно тобой недоволен.

– Недоволен? Мной? А можно узнать, почему?

– Он считает, что ты вел себя, как пацан, когда позволил украсть труп.

– Ах, он так считает? – Крейн встал, его качнуло, и он ухватился за спинку кровати. – Почему же он не приказал мне караулить ее труп? И ты когда-нибудь слышал, чтобы воровали трупы из морга? Если он хотел, чтобы я стерег ее, написал бы мне. Да я бы глаз с нее не спускал! Забрался бы к ней в ящик и улегся рядом, – он сел.

– И это еще не все. Он также считает, что ты здорово накуролесил в предыдущем деле.

– Ах, вот как? – обиделся Крейн. – Очень мило. Я, понимаешь ли, вертелся там, как... Шел на огромное личное жертве... жертва... тьфу, черт! Словом, на огромный риск, пока вся эта братия не перестреляла друг друга. А потом я арестовал эту отвратительную старуху.