Клэр увлеклась стратегическими рассуждениями и, войдя на мостик, не сразу поняла, что там происходит. Ей понадобилась пара секунд для осознания увиденного: капитан Хардинг стоял между двумя креслами пилотов, и ствол его «селмака-7» был направлен на коммандера Бьята и доктора Тревиса.

3.

— Что это значит, дьявол вас всех раздери?! — закричала Клэр, мимолетно удивившись неожиданно прорезавшемуся «высокому стилю».

Капитан Хардинг медленно повернулся. Теперь он целился прямо ей в лоб. Клэр поморщилась: рука капитана дрожала, и лучик лазерного прицела то и дело попадал ей в глаза. Было в его фигуре, угрожающей позе, наградных колодках, которые он нацепил на полевую форму, нечто нарочитое, театральное. Наверное, он просто свихнулся от быстрой разморозки? Узнает ли он Клэр? Понимает ли, кто перед ним? Соображает ли, как называется то, что он сейчас делает, и каким будет наказание? От ответа на все эти вопросы зависела жизнь: ее и всей команды.

— Садись сюда! Быстро! — Лазерный луч переместился на кресло первого пилота.

— Я не стану садиться, — как могла твердо сказала Клэр, тем не менее чувствуя предательскую дрожь в коленях. Прежде ей не случалось попадать в такие ситуации, даже на симуляторах. — Вы можете отдавать приказы своим солдатам после высадки на планету, но сейчас мы в открытом космосе, это гражданское судно, и оно находится под моим командованием. И я…

— Помолчите, дамочка… — прервал ее Хардинг. — Просто для сведения: коммандер Бьят только что активировал орудийные системы, а доктор Тревис начал разморозку криотанков…

Клэр сглотнула и произнесла сурово, изо всех сил пытаясь не выдать своего ужаса:

— Вы не должны отдавать приказы моей команде…

Но капитан Хардинг снова не дал ей договорить:

— Вашей команде? Позвольте рассказать кое-что о вашей команде. Треть мертва, еще треть валяется в отключке в лазарете, а с оставшимися людьми корабль не сможет маневрировать.