– Кстати, Второй, а как звали третьего из вас?

– Картур. Но он жив!

– Успокойся, это ненадолго. Итак, Руалия осталась без своего высшего мага, а очень скоро Островная Империя останется без обоих.

– Ну ты нагле-е-ец…

– Знаю, спасибо. Очень приятно слышать, что мои достижения наконец признали. Как только я до вас доберусь… А я до вас сегодня точно доберусь… Слушай, может, сам повесишься, а? И мне возни меньше, и тебе не так больно будет… Не хочешь? А зря. Ну да твое право. Очень скоро ты поймешь, что я был прав, делая тебе столь щедрое предложение. Так может, пока живой, объяснишь, зачем Ковену потребовалось вмешиваться в мелкую драчку? Да еще двух высших прикомандировало… Или решили, наконец, забыть о принципе невмешательства?

– Граф, хватит шутить, – на сей раз голос собеседника прозвучал устало. Паланез, по всему видать, и сам был не в восторге от ситуации. К тому же, и он, и Картур уже сталкивались с Корбином в открытом бою, и оба раза были биты. Правда, в те разы они действовали поодиночке – Паланез был с войсками Островной Империи во время континентальных войн, а Корбин тогда еще наемничал. Картуру же, почти сразу после получения высшего ранга, хватило ума вызвать боевого мага на поединок. Корбин тогда имел только первый ранг, но все равно его противник чудом выжил. Перспектива схватки, даже вдвоем против одного, Паланеза не слишком вдохновляла – как ни наглы и беспринципны были островитяне, инстинкта самосохранения еще никто не отменял, и лезть в опасный бой они не жаждали.

– Я не шучу. Ты что, думаешь, у меня нет способа с вами разделаться? Поверь, умирать буду – за собой утяну, ты меня знаешь.

– Да знаю я тебя. Сколько мы знакомы? Лет тридцать?

– Тридцать шесть. Хватит зубы заговаривать.

– Хватит – значит, хватит… В общем, Совет принял решение о твоем аресте после смерти члена Ковена. Убитого твоими учениками, кстати, о существовании которых ты даже не потрудился поставить в известность Совет.