— Какая девка? — разозлился Виктор.

— Которая у тебя сегодня утром медальон с ангелом увела.

Витю мгновенно обдало жаром. Они имеют в виду Алену! Выходит, это не ошибка и не глупая шутка. Звонят именно ему.

— Мы с вами знакомы? — спросил он, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Не валяй дурака, приятель.

— Я вас не знаю!

— Да наплевать. Главное, ты знаешь, по какому поводу я звоню. Верни то, что взял, и тебя не тронут. По крайней мере, мы.

— Не пойму, о чем вы говорите! Я у вас ничего не брал.

— Слушай внимательно, — голос приблизился и стал еще более зловещим. — Завтра в девять утра приезжай в обычное место. Привезешь должок, отпустим твою девку. Не приедешь — ей конец.

Трубку повесили. Продолжая слушать короткие гудки, Виктор вскочил на ноги. «Только этого мне не хватало!» — простонал он, лихорадочно размышляя, что, собственно, происходит. Тут ему в голову пришла идея. Положив трубку на стол, он бросился к двери и бегом спустился на первый этаж. Здесь жил его приятель — художник Толик Покровский, который называл себя анималистом и ночами рисовал страшенных собак, кошмарного вида кошек и зайцев, похожих на людей, страдающих алкогольной зависимостью. Возле Толиковой двери Виктор замер и прислушался. Из квартиры доносились звуки ударов и сдавленный хохот. Он коротко позвонил. Звуки тут же стихли, и грузный Толик протопал к двери.

— Кто это?

— В глазок посмотри, — предложил ему Виктор. — Открой, Толян, мне срочно надо позвонить!

— Телефон, что ли, сломался? — пробасил хозяин, пропуская его в квартиру.

— Нет, телефонные хулиганы замучили. Хочу позвонить на станцию, узнать, кто балуется. Извини, что ночью.

— Да я все равно не сплю, — пожал тот плечами. — Смотрю жесткое порно. Называется «Ситцевый ад». Забойная вещь! Дело происходит на швейной фабрике. Группа озверевших швей-мотористок натыкается ночью на подвыпившего заведующего складом. У баб оказалась потрясающая фантазия!