Они проехали еще немножко по заросшей колее, до следующего околка и остановились на отдых под толстой старой березой. Июнь только разгорался, но солнце припекало вовсю. Павел не отказал себе в удовольствии развести костерок, пока Ольга раскладывала на газете закуски. Они себе последнее время ни в чем не отказывали: чего тут только не было; и колбаса полукопченая, и ветчина, и яйца, и даже три зловредных банана. Денис уже сидел на березе, и как Соловей-разбойник озирал окрестности.
Павел крикнул:
– Денис! Там нового нашествия кочевников не наблюдается?
Денис ничего не успел ответить, как Ольга крикнула:
– Денис, слезай, есть будем… – и, обращаясь к Павлу, сказала: – История говорит, что кочевники проходили значительно южнее.
– Дураки они, твои историки… Это ж надо такое удумать – дикари-кочевники, ни с того ни с сего снялись с места и ринулись за десять тысяч километров Русь завоевывать. Те ученые, которые придумали этот беспримерный лихой марафон, из своих кабинетов сроду не вылезали. Но в то время они все ездили на пролетках с ямщиками, так хоть бы у ямщика кто спросил: сколько верст может пробежать за день лошадь? Я, понимаешь, биолог, но очень интересуюсь историей, и когда прочитал в серьезном научном труде, что монгольские лошади пробегали каждый день по сто километров – я два дня хохотал без перерыва! Средний дневной конный переход, это двадцать километров. Если лошадь гнать по тридцать километров в день, на третий-четвертый день пути она ляжет, и ты ее никакими силами не поднимешь. Ни один историк, когда высасывал из пальца историю завоевания Руси монголами, даже не удосужился на карту взглянуть, и поинтересоваться, сколько надо лошади еды и воды в день, чтобы она способна была хотя бы шагом идти! От реки Керулен до границы Руси – по прямой пять тысяч километров. Но реальный путь, со всеми изгибами – не менее десяти тысяч. Допустим – восемь тысяч. И добрая половина этого пути проходит по абсолютно безводной китайской Гоби и Такла-Макан. Даже если монголы имели заводных лошадей, то во вьюках больше чем на три-четыре дня корма и воды не увезешь. А как же быть с оставшимися тысячами километров пустыни?