И все же…

Прошипев проклятие на свое, неуемное рядом с ним, либидо, следователь сделала резкий шаг в сторону, ударом шпаги, отводя его клинок от своей груди.

— Я собиралась отсюда уйти. — Так и не добившись нормального звучания собственного голоса, сквозь зубы, пробормотала Лина.

— Значит — бой. — Улыбка Грегори переросла в ухмылку, и что-то вспыхнуло в глубине глаз вампира… то, что заставило Каталину почувствовать слабость в коленях, и лавой растеклось внизу живота. Что понуждало ощущать себя добычей, на которую только что открыли охоту. — Если это то, чего ты действительно хочешь…. — Вампир сделал неожиданный выпад.

Черт! Он знал, что эта недосказанность заставляла поджиматься пальцы на ее ногах, отвлекая, понуждая думать совершенно о другом.

Например, о его теле, прижимающем ее к стене…, к полу… да к чему угодно! Лишь бы оно было на ней так тесно, чтобы…

Каталина сумела отразить этот удар, поднырнув под острие, и делая ответный выпад. Посылая подальше подобные мысли, от которых ее грудь начинала вздыматься в тяжелом дыхании.

Это от драки, убеждала Лина себя, и сама понимала, что нагло врет.

Стоило сосредоточиться на бое.

Он был лучшим бойцом из них двоих. Это Каталина ощутила по первому касанию рапир, и ей нечего было тягаться с Грегом со своим первым разрядом по фехтованию. Она умела драться по правилам соревнований. Грегори даже не слышал о них. А если и слышал, не заботился о подобном.

И, совершенно не поняв, как — Каталина оказалась почти впритык к Грегори. Ее рука, с зажатой в ней рапирой, была заведена за спину, незнакомым приемом. Он клином обездвижил ее!