Быть может, все настолько плохо, что потенциальные клиенты смогли определить это самостоятельно? Впрочем, мной заинтересовались, и я получил несколько любопытных предложений. Самое привлекательное исходило от темноволосой гадалки, $%`& "h%) в руках карты таро. - Я скоро вернусь, крошка. Займи мне местечко. - Ты не вернешься. Тебе грозят неприятности, но я могу тебя спасти. Это прозвучало как "Все вы обещаете", поэтому я и не подумал остановиться. Попка-Дурак забубнил что-то себе под клюв. По всей видимости, хватка Покойника начала ослабевать. - Пеняй на себя, Красавчик. Я тебя предупредила. Интересно, когда она успела раскинуть свои карты? Рыжеволосая красотка куда-то подевалась, я не видел ее с тех самых пор, как столкнулся с гномом. Ба! Впереди мелькнул знакомый силуэт... Парень, который прокладывал Хартлайт-лейн, был то ли змееловом, то ли охотником на бабочек. Улица поворачивала в разные стороны, виляла, петляла, причем непонятно, с какой радости (неужели ее проложили после того, как поставили дома?). Я бросился вдогонку за рыжеволосой. Свернул налево, направо - и перед моим носом захлопнулась дверца большого конного экипажа. Улица опустела как по мановению руки, что мне сильно не понравилось. Пустынная улица - недобрый знак. Похоже, надвигаются неприятности, от которых умные люди предпочли укрыться. Может, со мной просто хотят потолковать? Но если так, почему не пришли ко мне домой? Потому что я не всегда открываю дверь? Особенно если знаю, что меня собираются заарканить на работу? Может быть, может быть. К тому же далеко не всем по нраву способность Покойника читать чужие мысли... Я сделал шаг, другой, огляделся по сторонам. Еще не поздно вернуться к гадалке. Она ничего, симпатичная. Но перед моим мысленным взором тут же возник притягательный образ - рыжие волосы на белой подушке. Впрочем... Додумать я не успел. Откуда ни возьмись - то ли из трещин в каменной кладке, то ли из-под земли, а может, из иного измерения - появились три самых омерзительных урода, каких я когда-либо видел. Брр! По-моему, они отчаянно старались приобрести человеческий вид, но у них ничего не получалось: мамаши уродов постарались в свое время на славу. Я вдруг почувствовал себя тщедушным карликом - и это при моих-то шести футах двух дюймах, двухстах десяти фунтах и голубых глазах, способных свести с ума любую женщину!