– Что?!

Призрак подался назад и, видимо, сообразив, что ляпнул нечто неуместное, несколько развоплотился. Поделом ему – ведь все, решительно все знают, что противные гадкие мальчишки не идут ни в какое сравнение с девочками. Впрочем, Айви тут же решила простить Джордану его бестактность. Лучше уж выслушивать глупости, чем оставаться в одиночестве.

– Расскажи мне о своей жизни.

– Вся беда в том, что я не очень хорошо ее помню. Знаю только, что в ней было немало интересного – дальние странствия, сражения с чудовищами, колдовство, встречи с красавицами, поцелуи и все такое прочее.

– Ага! – воскликнула Айви, весьма заинтригованная упоминанием о поцелуях, красавицах и всем таком прочем. – Но раз ты почти ничего не помнишь, то почему решил, что на гобелене изображена именно твоя жизнь?

– Я кое-что припоминаю, когда события разворачиваются прямо у меня перед глазами. Это, можно сказать, освежает память. Я чувствую, что действительно во всем этом участвовал. Например, сражался с драконом.

– Уж не с самим ли провальным? – спросила Айви.

– Не думаю. Провальный дракон, насколько мне известно, жив и сейчас, стало быть, я не мог его убить.

– Вот и чудненько, – обрадовалась девочка. В последнее время она крепко сдружилась с провальным драконом и вовсе не хотела, чтобы с ее приятелем приключилось неладное – пусть даже четыреста лет назад. Нынче в Провале хозяйничала дракониха Стэйси. Конечно, со временем паровик Стэнли туда вернется, но это когда еще будет.

– А с кем ты целовался?

– С несколькими красавицами. Кажется, последняя была самой красивой из всех, но она оказалась и самой лживой. Именно ее лживость и стала причиной моей смерти. Вот почему я возненавидел ее, хотя теперь это не имеет значения. Потому что после смерти я повстречал еще более прекрасную женщину. В конечном счете все обернулось к лучшему.

История становилась захватывающей.

– Как это ты мог найти женщину, если умер?