Вдруг предводитель дико закричал и указал мелом вперед, на выход из ущелья. Толпа завыла от восторга и пришла в движение. Зажатая в тесном ущелье, она поначалу шла медленным шагом, а затем - все быстрей и быстрей, пока не перешла на бег.

- Бей! Всех! На город! Бей! - кричали мятежники и с грохотом стучали по щитам мечами.

Путник бежал среди мятежников. Он понимал - противиться толпе бессмысленно. Да, снова он унижен, сломлен, подневолен, но на сей раз не поражен безумием толпы; просто его, словно песчинку горного обвала, несет судьба. К тому же чем скорей он сможет оказаться в городе, тем лучше. Ну а там...

Седой низкорослый мятежник, давно уже бежавший рядом с путником, слегка толкнул его в плечо и ободряюще сказал:

- Смелее, желторотый! Шире шаг, не отставай!

Толпа, гремя мечами по щитам, неистово кричала:

- Бей!

- Бей! - подхватил седой и снова обратился к путнику: - Я в пятый раз уже иду на штурм. Они не сдерживают натиск и бегут. Держись меня, все будет хорошо.

Да, так надежнее, вернее. Ему нет дела до того, из-за чего и с кем мятежники затеяли войну. Любой ценой он должен оказаться в городе - вот его цель.

И он бежал. Седой время от времени подталкивал его и что-то восклицал, но в общем шуме слов нельзя было расслышать.

Ущелье вскоре кончилось, толпа скатилась на просторную равнину, покрытую черной сожженной травой. Вдали, извиваясь, пролегала, ослепительно желтая лента реки, а сразу же за ней возвышались высокие стены и башни.

- На город! Бей! Мятеж! - ревела толпа и бежала к реке.

Завидев реку, путник невольно сбавил бег и начал отставать.

- Стой! Ты куда?! - вскричал седой и замахнулся на него мечом.

- Я... Нет! Ты что?! - И путник побежал быстрей.

- Боишься? Пустяки! - сказал седой. - Держись меня, не отставай.