— Да, это я, — сдержанно ответила она. — Вот мой отпечаток пальца. — Она приложила ко лбу палец, соединяя кожно-передаточный имплантат с фоном для подтверждения своей личности.

— Кто-нибудь, остановите ее! Филипп, разве вы не можете заткнуть ее? Это же позор!

«Идентификация осуществлена. У меня есть подтверждение подлинности вашей личности. Это Четвертое республиканское полицейское управление, надзор за чрезвычайными ситуациями Женевы. Вы на площади дю Молар, не так ли? У нас срочное SXB-сообщение, которое соответствует вашему статусу. Мы связались с нашей местной группой, но, к несчастью, недалеко от границ Бразилии случилось нечто серьезное, и вся команда направлена туда. Они не сумеют вернуться ранее чем через два часа, а у нас ситуация с серьезнейшей угрозой в течение сорока пяти минут».

— О… О черт!

Ситуации, подобные данной, обладали способностью выкапывать непроизвольные богохульства, оставшиеся от неправильного воспитания. Рашель повернулась к двери, не замечая окружающих. Порой ей снились кошмары о похожих случаях, посреди ночи выдергивающие из сна. Ее крик очень тревожил при этом Мартина.

— Кто-нибудь сможет подобрать меня на площади? Дело кратко изложите по пути. А вы знаете, что я несколько лет не сталкивалась с подобными вещами? Я в списке резерва.

— Сейчас же остановитесь! — Мадам Председательша загородила подход к двери. С надутыми губами она напоминала бьющуюся мордой о зеркало рыбу, кроваво-красные губы сжаты от злости, кулаки стиснуты. — Вы не посмеете сейчас уйти отсюда!

— И что вы сделаете? Отшлепаете меня? — откровенно забавляясь, поинтересовалась Рашель.

— Я предъявляю обвинение! Вы нарочно подстроили такой способ отвлечь внимание…

Рашель вытянула руки, подхватила Мадам Председательшу под локти и водрузила на конференц-стол, что сопроводилось воем ярости.

— Сиди здесь и занимайся своими бумажками, — спокойно произнесла Рашель, едва сдерживая побуждение втереть ее в крышку. — У взрослых сейчас есть более важная работа.