Как сюда попало это животное?!

Железяка сунул ноги в тапочки и обошел кругом мирно сидящее, обвернувшееся хвостом животное. Ни в анфас, ни в профиль кот узнан не был.

Железяка сел на постель и задумался. Потом вскочил, обежал квартиру – входная дверь на двойном запоре, окна на пятом этаже, балкон застеклен. Канализация, наверное, исключается. Вернулся, сел опять на постель и загрустил. Чего, между прочим, не делал уже давно. Лет с пятнадцати.

Кот подождал еще немного и вдруг вякнул нежным голосом: «Мяа?».

Наверное, жрать просил.

Железяка подумал, что в морозилке давно уже лежит какая-то рыба. Инга, уезжая, велела ни в коем случае не умирать с голоду. Но в ее отсутствие Железяка кормился преимущественно в харчевнях, и рыба мерзла без толку. Через пять минут ее уже кромсал кот. Железяка не знал, сколько едят коты, и шлепнул на газету в кухне шмат размером с треть батона. Кот отгрыз половину, остальное закопал и сказал, что доест потом. Вечером. Или завтра.

– Ну ты, братец, и нахал, – ответил Железяка и пошел чистить зубы.

Вообще-то он не имел ничего против домашнего зверья. Сам в восемь лет копил медяки на ручного крокодила, чтобы плавать с ним в речке и шантажировать учителей. В десять мечтал о выводке черепашек-ниндзя, которых можно натравливать на врагов. Но кот? Что за странная идея. Мягкой игрушки в доме стараниями Инги и без того хватает. «Бандиты» лупят ими друг дружку по головам. Игра называется «ракетно-бомбовый удар миротворческих сил». Коту они, конечно же, найдут не менее эффектное применение.

Глядясь в зеркало – бриться или отпустить модную щетину? – Железяка вдруг поймал себя на мысли, что думает о подселении кота как о деле вполне решенном. И еще была мысль, что решил это дело не он, а самолично кот, и его, Железякины, раздумья совершенно излишни и ничего не значат, – но и сама эта мысль тоже ничего не значила. Железяка с досадой все бросил, сел на край ванны и стер полотенцем пену с щек.