— И я двинулся вперед, минуя двух мертвых «локов» (так, кажется, они себя называют) и двух мертвых людей. Пока счет был равный.

Идя по пустынным улицам, мы видели немало крысолюдей: в основном они шли по двое, один раз нам попался патруль из десяти, один раз мы увидели одинокое создание, прислонившееся к стене — его рвало. Никто из них не заметил, как мы перебегаем от тени к тени. Так мы добрались до штаб-квартиры. Фонари на узорчатых чугунных столбах, стоявших вдоль гранитных ступеней, горели, был виден свет за некоторыми из окон, но никого кругом: ни людей, ни чудищ.

Не оказалось и часового в караульном помещении. Было очень тихо, но мне послышалось, что откуда-то издалека доносятся голоса — сверху. Мы поднялись по мраморной лестнице и прошли по широкому коридору к кабинету Рихтгофена. И здесь тоже не оказалось часового. Я постучал, и раздраженный голос произнес:

— Можете войти!

Что я и сделал, а следом за мной Ларс. Массивный охранник, которого я уже встречал, направил было мне в живот автоматический пистолет, но, узнав меня, сказал:

— А, это вы, полковник! Проходите. Генерал хочет вас видеть.

— Целься лучше себе в ноги, Хельге, — ответил я. — Это Ларс Берман. Он на нашей стороне — к счастью, иначе он разнес бы тебя на куски вот этой вешалкой, что у него в руках.

Хельге немного пристыженно опустил пистолет, протянул было-руку за «разбивателем», снова отдернул ее и кивнул на внутреннюю дверь. Не успели мы дойти до нее, как она распахнулась, и на пороге возник Манфред фон Рихтгофен — седовласый, в безупречной форме наблюдателей Сети, но уже немного начавший сутулиться: ему было за восемьдесят. Протянув мне руку, он сказал:

— Я так и думал, что это ты, Брайан. Хорошо. Добро пожаловать, входи. И вы, мистер Берман.

Я пожал ему руку, и Ларс тоже.