— Кроме расчетов мне говорит чувство: я не должна ошибиться. — Инга, подобрав платье, опустилась на колени.

— Как это ни странно, однако и у меня есть предчувствие, — сказал Киджи, подавая ей бутылку. — Пейте прямо из горлышка, не стесняйтесь. Сдается мне, что наш совместный путь лежит много дальше этой реки, но нас постигнет неудача, если мы не станем откровенны во всем. Я сказал, что примчался сюда вслед за Руисом, и должен кое-что объяснить. Вам не попадался журнал «Космос» с моей статьей?

— Нет. Там одна фантастика, впрочем я люблю ее.

— Мне нельзя фантазировать. Хотите почитать? Я взял этот журнал с собой на тот случай, если придется разговаривать с Патом Руисом.

Киджи пошел к машине, достал журнал с цветной обложкой, развернул его и подал Инге Михайловне. Она увидела заголовок «Это еще не все»… и стала читать.

«Мне было одиннадцать лет, когда умер мой отец, и я хорошо помню его худое лицо и ласковые гибкие пальцы. Отец работал у мистера Руиса, он был его личным радистом. Я знал, что Пат Руис был очень богат, он имел собственную радиостанцию, чтобы разговаривать со всеми заводами и фирмами, которые были у него в разных странах. Конечно, он без моего отца ничего не мог бы сделать — я так понимал, — потому что мой отец был главным на этой радиостанции.

Однажды отец сказал, что он может разговаривать даже с Луной. Это было тогда, когда сын Руиса — Дин Руис полетел на Луну и погиб там, об этом все знали. Мать сразу же оборвала отца:

— Довольно, Ген. Если хоть одно слово дойдет до мистера Руиса, он немедленно лишит тебя работы.