— Да, именно.

— Что посоветуете, мистер Санчес? Мы обдули вездеход от пыли из кислородного баллона, но хватит ли этого? Возможно, нам следует пройти цикл обеззараживания на станции «Гелиос-Энергия Один»? Или вернуть генератор как есть? В этом случае следует ли нам выключить генератор? Возможно, там под щитом остались нейтроны, которые разлетятся во все стороны?

Санчес помолчал несколько секунд, собираясь с мыслями. О чем-то напряженно думая. Мистер Шриви — чего он хочет? Подозревает, что результатами его экспериментов воспользуются для расследования крушения корабля, приведшего к гибели известных плоскостников? А прежде это замалчивали? Свидетели могут вспомнить странную двухколесную штуковину, спокойно проехавшую по радиоактивной пустыне. В то время как у землян во рту пересохло от страха перед этой «Моделью 29».

Ясно, что «Шриви девелопмент» не стремились замять дело. Единственное, чего им, возможно, хотелось, это чтобы никто не совал нос в их компактный генератор поля и не срисовывал его конструкцию.

— Выключите генератор, — сказал Гектор Санчес. — Опасности нет. Мы сами проведем обеззараживание.

— Мы можем подвезти его на полицейском лемми.

— Я… думаю, мы пришлем что-нибудь. Где вы находитесь?

Гекати подала голос.

— Мы привезли генератор на «Гелиос-Энергия Один». Сейчас мы немного заняты, нам нужен час, чтобы все подготовить.

Она дала отбой и оглянулась на меня.

— Значит, можно выключить генератор?

— Прикинемся тупыми.

— Убедительно. Выговор тоже помог. Гил, что вы задумали?

— Стандартная практика. Козыри оставим напоследок. Подозреваемый сам должен обнаружить свое чувство вины.

— Ага, понятно. Но на Луне такие приемы могут не пройти. Людей на Луне не так уж много, и связь тут вещь святая. Ты можешь погибнуть по тысяче причин, потому что кто-то не захотел разговаривать, или не захотел слушать, или не смог. Но все же: что у вас на уме? Что вы задумали? Что это, очередной талант?