— Не-а, Гекати. Происходит что-то странное. И, похоже, Санчес не в курсе, что именно. Ему тревожно. Но за Санчесом, его словами и поступками стоит сам мистер Шриви, изобретатель того самого шриви-щита. Что ему нужно?

— Считается, что он уже на пенсии, Гил. Но стоит только где-то случиться радиоактивному выбросу…

— И я о том же. Где-то радиация, и срочно нужна «Модель 29», сию же минуту. Он готов приехать за ним на «Гелиос Один». А быть может, причина в том, где именно ему нужна «Модель 29», а где нет.

Гекати обдумала услышанное.

— Предположим, этот Санчес сюда явится, но «Модели 29» тут не будет?

Мне понравился такой вариант.

— Наверняка кто-то очень расстроится.

— Это я улажу. Что еще?

Я потянулся.

— Возможно, результат мы получим нескоро. А не пойти ли нам поискать здесь продуктовый склад?

— Вы идите, возьмите поесть, — сказала она. — А я пока припрячу их штуковину, а потом осмотрю тело.

Я не нашел ни продуктового склада, ни ресторана. В комнате отдыха имелся платный автомат. Заглянул в оранжерею — темно: полночь.

Я купил в автомате перекусить, и мы отправились в оранжерею.

Над головами сияла неестественная Земля в полной фазе. Звезды не подсвечены, но что-то в них не так… ах вот что. Звезды имели цветовой код. Насыщенно-красный Марс, ярко-красный Альдебаран, фиолетовый Сириус…

Луняне пытались превратить свои оранжереи в сады, и всюду отыскивались следы индивидуального творчества. Можно было собирать фрукты и овощи, наблюдая за тем, как спускающиеся с холмов сумерки собираются в тень в форме сидящего будды.

Гекати доложила обстановку.

— Тело в пути. Джон Линь достал нам два тягача-манитулятора. Второй следит за первым. Таким образом, тело постоянно находится в поле обзора камеры.