— Ты ответишь за порчу казенного имущества! — захныкало оно. — Понимаешь, сидишь тут, обедаешь, а к тебе врываются всякие, ломают все на своем пути, портят дорогостоящих роботов, угрожают и, вообще, ведут себя как варвары, а не как цивилизованные существа!

Удивленный этой тирадой Толанд на мгновение утратил бдительность, и в ту же секунду злокозненное чудовище с криком «Я буду жаловаться!» набросилось на него, тем самым проявив свою предательскую звериную сущность.

Но с Толандом не так-то легко было справиться.

Завязалась кровопролитная битва.

Она длилась долго и с переменным успехом.

Наконец чудовище стало уставать. Тогда оно попыталось провести несколько запрещенных приемов, но Толанд, предугадывая их, каждый раз уворачивался.

Улучив момент, он с победным кличем «Киай!» нанес сокрушительный удар ногой в жвала пришельца, который бесформенной массой отлетел к противоположной стене и, глухо шлепнувшись об нее, сполз вниз, как мокрая тряпка, оставляя за собой чернильный потек.

Когда чудовище пришло в себя от нокаута, Толанд уже крепко держал его за все щупала, хватала, скребала, пищала, щипала, кусала, осязала и обоняла и спокойно произнес:

— Твоя игра проиграна.

— Я больше не буду! — зарыдало чудовище. — Хочешь, я в угол встану?!

Но Толанд не поверил лживому покаянию пришельца и потребовал сообщить, зачем ему понадобились пленницы.

— Они понадобились для гарема великого императора четырех галактик Скрыгла-Тыгла, — прошипело чудовище, побежденно пресмыкаясь перед башмаками Толанда. — Я понимаю, моя песенка спета. Но пощади меня! Ведь я просто жалкий исполнитель чужой воли! У меня семья и дети!!!

— Надеюсь, твоей вдове и сиротам будет выплачиваться пенсия, — непреклонно сказал Толанд, отворяя свободной рукой иллюминатор.

— Что ты собираешься делать?! — испуганно заверещало чудовище.

— Собираюсь отправить тебя домой без ракеты, — сухо пояснил Толанд.