— Минотти?.. Какое, этот человек, которого я не знаю, имеет отношение ко мне? — Тон мистера Чевера изменился, стал настороженнее. — Ну, ну, я слушаю вас. Что этот несчастный мог сообщить и так взволновать вас?

— Этот человек должен был совершить диверсию на одном из лайнеров, что отходят в рейс сегодня после двух пополудни. Он отказался пойти на преступление, и его за это убили. У меня есть основания полагать, что диверсия готовится…

— Постойте, вы откуда говорите?

— Из автомата.

— Где этот автомат?

— Недалеко от дорожной полиции.

— У вас все еще «форд» выпуска сорок пятого года?

— Семидесятого.

— Тогда вы успеете через час прибыть в мой офис.

— Я буду там через десять минут.

— Через час. Не забывайте, что и мне надо добраться до конторы, а моя машина не так быстроходна, как ваша. Ну, ну, не обижайтесь. И у вас со временем будет «роллс-ройс». Подождите, не вешайте трубку. Надеюсь, вы не сообщали еще о происшествии в свою газетенку?

— Пока нет.

— Воздержитесь до нашей встречи, там мы решим, стоит ли привлекать внимание прессы. Так вы едете ко мне на своем испытанном «форде»? Кстати, дайте мне его номер, я распоряжусь, чтобы вам разрешили припарковаться на служебной стоянке. — Теперь из трубки доносился совсем мягкий, доброжелательный голос. — До скорой встречи, мистер Кейри.

Томас не положил трубку, он снова ясно услышал неповторимый ритм шагов Джейн и резкий, раздраженный голос ее отца:

— Ну что еще тебе? У меня шел очень важный разговор, а ты входишь как тень. Ты опять насчет своего путешествия? — Тут же раздались частые гудки.

«Так она дома! Надо позвонить минут через пять, как только она вернется к себе. А пока стоит позондировать почву у мисс Брук».

У него был номер телефона секретарши Чевера, не так давно он часто звонил ей. Выезжая из дому, Джейн всегда говорила мисс Брук, куда едет, а затем звонила и сообщала номер телефона для передачи Тому.