Понемногу он свыкся с визитами этого бандита, который ловко подбросил ему успокоительную для совести идею, что постулаты Религии были сформулированы для простого люда, а не для ученых мужей. Он также утверждал, что и сами священнослужители прибегали к его услугам и что он ничуть не удивился бы, если бы и молодой инспектор клюнул на его приманку и возжелал вкусить запретный плод.

- Дорогой Мэтр-био, - заливался он соловьем, - вы на удивление наивный человек. Ведь в библиотеках Консистории содержится столько книг с Земли, сколько вы никогда и не прочтете.

При всем, теперь уже для него совершенно ясном своем грехопадении, Жоаким был шокирован этим заявлением торговца.

- Да как же такое возможно?

- Его Высокая Осторожность в свое полное удовольствие предается чтению фолиантов, наподобие вот этого, - подзадорил его торговец, хлопая рукой по последнему доставленному им тому под заголовком: "Искусственное охлаждение организма новорожденного".

И он коварно добавил:

- Единственная разница между вами и Его Высокой Осторожностью состоит в том, что Он делает это, нисколько не поступаясь своим кошельком ради удовлетворения своей страсти, столь дорого обходящейся вам. Давайте немного порассуждаем и представим на мгновение, что вас кто-то выдал...

Жоаким даже отпрянул при этих словах и с тревогой бросил взгляд на окно.

- В этом случае ваши книги будут конфискованы и...

- Сожжены.

- А вот и нет. Их попросту упрячут в библиотеки Консистории.

Подобного рода разговоры понемногу подтачивали устоявшиеся взгляды Мэтра-био. И к концу жизни, отличавшейся до сих пор безупречностью в соблюдении принятых в его обществе норм, он обрел свободомыслие.

* * *

Однажды торгаш, как показалось ученому, заявился в непривычно взвинченном состоянии. На сей раз его неизменная улыбочка выглядела явно вымученной. Жоаким не стал скрывать от него своего впечатления и спросил, в чем дело.