- Будем надеяться, что Совет вскоре возвратит вам его, - промолвил он, удаляясь. - Не грешите больше, Мэтр-био.

После прощальной церемонии Жоаким так и остался стоять на пороге дома, пристально вглядываясь в закрывшуюся за визитером дверь. В его глазах блестели слезы бессильного гнева.

Очнувшись наконец, он рухнул в кресло, обхватив голову руками.

- Наука, - громко произнес он, - Наука - не столь уж и непотребное явление. Без неё Венера так бы навечно и осталась необитаемой планетой. Когда-то именно ученые отрегулировали на ней климат.

Даже находясь в крайне разъяренном состоянии, он чувствовал дискомфорт, полагая, что богохульствует в эту минуту; но внутренний голос настырно нашептывал ему:

"Без Науки и её сподвижников Земля была бы до сих пор заселена, и Человеку незачем было бы куда-то эмигрировать".

На Венере было не принято не извиняться при упоминании проклятой планеты. Само её название считалось неприличным словом. Но у Жоакима вдруг возник чисто ребяческий порыв к протесту. И он изо всех сил выкрикнул:

- Да здравствует Земля! Да здравствует Наука!

Спохватившись, он с беспокойством подбежал к окну, чтобы убедиться, что никто не слышал его. Раздавшийся звонок у входа буквально подкосил его. Кровь мигом отхлынула от лица. Опасаясь, не возвратился ли Священник-Инспектор, он быстро обежал комнату взглядом - не забыл ли тот портфель... нет!

Кого же тогда занесло к нему?

Он прошептал в испуге:

- О смилуйся, Высшее Существо, прости меня грешного!

И пошел открывать.

- 2

На пороге стоял расплывшийся в улыбке мужчина.

- Я попал к Мэтру-био Жоакиму, правильно? Могу ли я перекинуться с вами парой словечек?

"Наверняка ведь слышал, - мелькнуло в голове ученого. - Увы, сомневаться в этом не приходится".

Но вслух он произнес:

- Все верно. Входите, гражданин, входите же.