— Кто… ты такой? – выдавил Долохов, созерцая чумазого незнакомца: тот широко улыбнулся, продемонстрировав щели между зубами.

— А сто вы пьете? Я па сказу! – ехидно ответил грязнуля, обращаясь к Родольфусу. – Ты тлуп, Луди!

— Что он говорит? Это… это кто, твой брат? – обомлев, спросил Антонин; старший Лестрейндж сидел красный как рак.

— Д–да… это он, маленький грубиян…

— Но ведь это же прекрасно!! – воскликнул гость, да так, что эльфы под столом вздрогнули и запищали. – А я уже испугался, что он какой‑нибудь книжный червь! Иди, иди сюда! – ласково поманил мальчишку Долохов. – Не бойся! Меня зовут Антонин, можно просто Тони, а тебя как звать?

— Лабастан! Пливет! – радостно заявил грязнуля, залезая на высокий стул с резной спинкой; Родольфус тяжело вздохнул.

— А как тебя называют друзья? Стан? Стэн? – малыш отрицательно помотал головой. – Неужели Басти?

— Лаба! – улыбка младшего Лестрейнджа стала еще шире.

— Очень приятно! Сколько тебе лет? – воспитанный Долохов вел себя так, будто не помнил глупого вранья Родольфуса. Рабастан задумчиво почесал за ухом и поднял грязную растопыренную пятерню.

— Целых пять лет? Да тебе скоро в Хогвартс поступать! – невозмутимо продолжал Тони. – Знаешь, что такое Хогвартс? – Раба кивнул и сделал большие глаза. – На какой факультет ты хочешь попасть?

— Где Луди уцится. На Слизнелин! – Антонин поперхнулся и громко рассмеялся.

Старший Лестрейндж сдался – он поднялся со своего места, подхватил брата под мышки и усадил на стуле, пододвинув его ближе к краю стола. Недолго думая, Рабастан схватил с блюда пончик с повидлом и вгрызся в него так, что начинка брызнула во все стороны. Долохов и младший Лестрейндж переглянулись и захохотали с набитыми ртами.