— Дай сюда…

— Где Сириус?

— Дай сюда…

— Вот два попугая, дракон их дери, — пробурчала Беллатрикс; тут она заметила, что Малфой отчаянно посылает ей бровями какие‑то сигналы. Белла опомнилась, скорчила рожу пострашнее и торжественно возопила:

— Темный Лорд все–е–е зна–а–ает!!

— Да, все… – с облегчением отозвался блондин. — Теперь дай мне пророчество, Гарри!

— Я хочу знать, где Сириус! – упорствовал Поттер.

— Я хочу знать… – передразнила госпожа Лестрейндж; Рабастан закатил под маской глаза – невестка вошла в раж и «вербальная часть» операции грозила растянуться надолго. Пока Белла, Люциус и Поттер бестолково выясняли отношения, то и дело приплетая имя Темного Лорда, Раба попытался достать и разглядеть то, что взял с полки, но Руди сердито пихнул его в бок и прошипел:

— Хватит шуршать! А ну, смирно!

— Не стоит играть с нами в игрушки, — уговаривал мальчишку Малфой. Малсибера и Долохова при взгляде на Беллатрикс разбирал нервный смех. Люциус завел какую‑то нудятину насчет внепространственной связи Поттера и Повелителя; братья Лестрейнджи переглянулись и одновременно пожали плечами. Рабастан безуспешно пытался подавить зевок, когда гриффиндорец вдруг заорал: «Давай!!», и на Пожирателей градом посыпались шары пророчеств. Остолбенев кто от неожиданности, а кто от Ступефая, соратники растерялись, с трудом различая друг друга в толпе поднимавшихся из осколков туманных фигур.

— Руди!! – заорал младший Лестрейндж; перед ним колыхалась в воздухе какая‑то старуха, грозившая пальцем и завывавшая замогильным голосом: «И пойдет эльф на мага, а тролль на кентавра, и будет плачь и скрежет зубов…»

— Сгинь, карга! Чего ты стоишь? – напустилась на деверя возникшая из серебристого хаоса Беллатрикс. – Люциус всех собирает возле двери, шевелись! Макнейр ранен!

— Он меня ударил, представляешь? Локтем в лицо! – жаловался по дороге Уолден.

— Хватит сопли размазывать! – огрызнулась Беллатрикс.