Они остановились перед милицейским участком. Пока Димов доставал из машины свои чемоданы, появился какой-то милиционер.

— Что вам нужно, товарищ?

— Я приехал на службу, — пробормотал Димов и сунул ему в руки служебное удостоверение.

— А, вот как, — обрадовался милиционер. — Мы вас ждали!

Димов удивленно взглянул на него — шутит он, что ли? Но лицо милиционера излучало почтительность и добродушие, так что ничего другого не оставалось, как принять его слова буквально. Димов отвернулся и подошел к «Запорожцу». Шопов задумчиво смотрел на него.

— И все-таки ты прав, — тихо сказал он.

— В отношении чего? Городка?

— Нет, в отношении моего дела… Его нужно довести до конца. Правда должна восторжествовать… Во что бы то ни стало.

— Да, конечно, — согласился Димов, но чувствовал себя совсем не так воинственно, как накануне. — Если тебе потребуется помощь, дай знать…

Они сердечно попрощались, и Димов подождал, пока машина отъедет. Обернувшись, он увидел, что чемоданы исчезли. В первый миг это его неприятно поразило, но потом он догадался: наверное, милиционер отнес их в участок. И все же это его несколько обеспокоило. Сориентироваться было нетрудно — на нижнем этаже в глаза ему сразу бросилась табличка: «Начальник». Он постучался и вошел. Кабинет показался ему огромным, как амбар, хорошо прогретый утренним солнцем. Уже с порога он увидел свои чемоданы, которые стояли посреди комнаты. В глубине ее за широким письменным столом сидел сухощавый мужчина с лицом добродушного сельского учителя. В своей новой, хорошо пригнанной форме он совсем не походил на человека, который собирается на пенсию.

— Товарищ подполковник! — громко и отчетливо начал капитан.

Подполковник смотрел на него с видимым удовлетворением.

— Как вовремя вы приехали! — промолвил он.

— Товарищ подполковник…

— Да садись же! — нетерпеливо сказал Дойчинов.