— Дело в том, — улыбнулся Димов, — что я еще вам не представился.

— А, давай, давай! — махнул рукой Дойчинов. Он выслушал рапорт, не сводя глаз с лица капитана, а потом сказал: — Садись и приготовься слушать, потому что тебя ждет очень серьезное дело.

— Какое дело? — удивленно спросил Димов.

— Сейчас узнаешь.

Димов только тут заметил, что в комнате был и третий человек. Даже когда он сидел, видно было, какой он высокий — наверное, больше метра девяносто. Его длинное морщинистое лицо казалось начисто лишенным растительности, как у евнуха.

На нем были грубые шерстяные брюки на штрипках, черный свитер; толстая непромокаемая куртка дополняла его костюм. Короткие редкие волосы, торчавшие на голове ежиком, гармонировали с наивно удивленными глазами.

— И надо же, чтобы это случилось именно со мной! — смущенно начал он.

— Подожди! — нетерпеливо прервал его Дойчинов. — Это старший лейтенант Паргов: до этого он занимал твою должность.

«И просто сгорал от нетерпения, чтобы его заменили», — подумал Димов, молча здороваясь с ним за руку.

Однако старший лейтенант Паргов смотрел на него такими ясными глазами, что Димов тут же раскаялся в дурных мыслях.

— Ну, теперь можешь начинать, — разрешил Дойчинов.

— Случилось это сегодня утром, — начал Паргов неожиданно низким голосом. — Я возвращался по шоссе из Войникова.

— Прошу вас, — прервал его капитан. — Можно немного подробнее? Где вы были, что делали.

Паргов недовольно взглянул на него.

— Разве это важно, где я был?.. Ездил за раками… Нынче утром я встал в три часа, взял сачки — и на реку. Поехал на мотовелосипеде, на своем, а не служебном, если это вас интересует, товарищ капитан…

— Ну, я не мелочен, — небрежно ответил Димов.

— Тем лучше. Место, куда я ездил, находится в шестнадцати километрах отсюда, по шоссе, которое ведет на Войниково. Там я сворачиваю вправо метров на двести. Река в том месте течет медленно, берега болотистые, заросли тростником… Еще какие-нибудь подробности, товарищ капитан?