Комиссар окинул холодным взглядом адвоката старшей стороны. Господин Винсон. Правильно ли я понял, что вы обвиняете Джека Келли в ложных показаниях еще до того, как он успел их дать?

— О, если вы так ставите вопрос, сэр… Нет, разумеется, нет. Но прошу отметить: здесь происходит нечто… гм, не вполне общепринятое.

— Боюсь, это действительно так, — решил внести свою последнюю лепту Джек, ухмыляясь. — Прежде чем начать, я приму эйдетический наркотик.

— Что за балаган! — взвизгнул побагровевший Винсон. — Какой позор! Теперь еще и наркотики? Взгляните на него — это же типичный наркоман. Еще и похваляется!

— Господин Винсон, — бесстрастно промолвил Мартин. — Я призываю вас не выходить за рамки приличия.

Бенджамин Келли встал и обратился к комиссару.

— Прошу прощения, сэр, но я хотел бы прокомментировать ситуацию.

— Разрешаю.

— Господин комиссар! Предполагая подобную реакцию, я заранее изучил кое-какие примечательные случаи. И в ответ на протест господина Винсона могу утверждать под присягой, что в этом зале присутствует, по меньшей мере, один человек, который регулярно принимает наркотики. Не станем называть имен, но этот человек — диабетик и кроме инсулина употребляет кое-какие наркотические препараты… В частности, кофеин, аспирин и прозак по утрам.

Не станем опять же называть имен, но еще одна персона из числа присутствующих принимает бета-блокатор от гипертонии, а супруга третьего имярек пользуется тамоксифеном для предотвращения рецидива рака грудной железы. Эти имена я могу озвучить в любой момент, если возникнет такая необходимость.

— Господин Винсон! Что вы можете на это сказать? — обратился комиссар к адвокату старшей стороны.

— Гнусный шантаж, — пробормотал обозленный Винсон. Келли-старший всем своим видом выразил священное негодование.