- Я это понимаю, - ответил посетитель. - И я отдаю себе отчет в том, что моя теория, возможно, нелепа. Но никакого другого объяснения я найти не могу.

- Почему, - спросил Мейсон, - вы не сказали про попугая полицейским?

Сейбин покачал головой.

- Я понимаю, что полиция просто не в силах скрыть все факты от прессы, - устало сказал он. - Ну а потом, признаться, у меня нет особой веры в способности полиции. Мне кажется, им просто не по зубам такое сложное преступление. Я рассказал полиции только то, что посчитал абсолютно необходимым, не выскакивая со своими соображениями и наблюдениями. Сообщая вам о фактах, я надеюсь, вы не побежите с ними в полицию. Пусть они работают самостоятельно над этим делом.

Сейбин поднялся с кресла и потянулся за шляпой, давая тем самым понять, что разговор закончен.

- Я вам очень благодарен, мистер Мейсон, - сказал он. - Я с большим облегчением оставляю это дело в ваших руках.

2

Мейсон вышагивал из угла в угол по кабинету, на ходу бросая замечания Полу Дрейку, главе "Детективного агентства Дрейка", который уселся в большом черном кресле для посетителей в своей излюбленной позе навалившись спиной на один подлокотник и перекинув длинные ноги через другой.

- Подмененный попугай, - сказал Мейсон, - тот ключ, который мы получили раньше полиции... Это какой-то попугай-богохульник. Позднее станет ясно, зачем прежнего попугая подменили этим сквернословом. Ну, а пока надо разузнать, где раздобыли этого богохульствующего попугая. Мне думается, это окажется не особенно сложно. Надеюсь, в этом вопросе мы не будем соперничать с полицией.

- А что в отношении розовой шелковой ночной рубашки? - спросил Пол Дрейк. - Будем что-либо предпринимать?

- Нет, - ответил Мейсон. - Наверняка, полиция постарается выяснить все, связанное с этой ночной рубашкой. Еще что-нибудь выяснил об этом деле, Пол?

- Ненамного больше того, что напечатано в газетах, - ответил Дрейк. Один мой друг-журналист выспрашивал меня об оружии.