Ингви шагнул вслед за хозяином замка. За дверью оказалось довольно просторное помещение, еще более мрачное и зловещее, чем прежнее. На стенах в ржавых кольцах были укреплены два факела, дававших больше копоти, чем света. Ингви мгновенно определил, что огонь в них поддерживается за счет каких-то магических заклинаний. Иначе и быть не могло — простое пламя давно бы потухло, ведь у стражи за дверью не было ключей, а в их обязанности несомненно входило наблюдение за этой комнатой. Погасни огонь внутри — и они ничего бы не смогли рассмотреть. В камере не было заметно никакого движения и Ингви, слегка успокоившись (довольно странное поведение хозяина настораживало демона, он начал даже подозревать, что их с Ннаонной заманивают в какую-то ловушку), посторонился, давая войти внутрь Ннаонне. При свете ее факела, более яркого, он вновь огляделся, не находя причину их появления здесь… Стены, ржавые крюки и цепи по углам… Ага!.. В дальнем углу на цепях провисло тело… Но что это было за тело — полуразложившийся мерзкий покойник, уродство которого совершенно не прикрывали какие-то жалкие лохмотья…

Ингви настороженно взглянул на графа — ему пришло в голову, что «экскурсия» имеет целью запугать гостей, смутить видом чьей-то жестокой участи. Демон положил ладонь на рукоять Черной Молнии:

— Как прикажете понимать это, граф? Вы что же — собирались удивить меня зрелищем результатов местного правосудия?.. Или?..

Гезнур удивленно взглянул на него, качнул головой, затем ответил:

— Нет, ваше величество. Вы, кажется, превратно меня поняли. Сейчас.

Гезнур воткнул свой факел в железное кольцо рядом с отвратительным телом и нагнулся. Подобрав с пола какую-то палку, Гезнур выпрямился, смерил взглядом своих гостей и объявил:

— Приготовьтесь… И постарайтесь держать себя в руках…

Дождавшись ответных кивков, гевец обернулся к неподвижному телу, глубоко вздохнул… Еще раз вздохнул… И резко ткнул палкой куда-то в живот трупа.