— Постоянно, каждый день. Деньги у него не переводятся — и он вечно вдрызг пьян. И такое мелет…

— Ничего себе!

— Вот именно, что ничего себе. Я представляю, что было бы с тем, кто осмелился бы такое говорить о короле-демоне! Уж мы бы…

— Да, это верно, На. «Уж мы бы». Но меня удивляет еще и другое — почему Кадор велел только отрубить руку? Руку — а не голову… Подобрел, что ли…

На границе Гонзора мы расположились на привал. Завтра предстояло вступить на территорию Ванета и затем — Гева. Ко мне обратился Тоиль, за спиной которого мялась спасенная нами девчушка. Она постоянно отиралась возле паренька, которого считала своим спасителем, была робкой и молчаливой, шарахалась от всех. Я только теперь впервые рассмотрел ее лицо. Ничего особенного — приятная скуластенькая мордашка, курносая… Да, приятная, но… никакая. То есть — совершенно обычная. Если вдуматься, то они с Тоилем похожи, словно брат и сестра. Вот уж в самом деле идеальная пара — родство душ и всякое такое.

— Ваша милость капитан, — обратился было ко мне мой бравый солдат, но замялся. Тут его подружка слегка подтолкнула в спину, — прошу вашего позволения покинуть службу.

— Ну и покидай, — пожал я плечами, — я ведь тебе давно советовал… А что, ты присмотрел себе местечко? Чего собрался именно сейчас?

Тоиль обернулся на свою спутницу, та кивнула.

— Мы, ваша милость капитан, проходили вчера через село. Там дядечка сержант Никлис с сенешалем его светлости герцога разговаривал. Несколько семей перевезли оттуда в другую деревню, поближе к южной границе… Заново обживать после орков землицу-то… Там, у границы, обезлюдели села. Ну забрали людишек отсюда, земля пустует, в замке тоже людей для службы набирают. Мы туда попробуем… С Лантой… Мы с ней посоветовались — незачем нам в Геву обратно идти. Ни мне, ни Ланте…

Значит, ее зовут Ланта, эту девушку. Очень приятно.

— Ладно, если вы так хотите… С Лантой… Валяйте. А орки — они ведь воюют с Гонзором. Ты не боишься орков, Тоиль?