Но долго такой стремительный полет ей не выдержать. Что же делать? Если б только отыскать местечко, где скорость сверхъестественного существа из преимущества превратилась бы в недостаток.

Левым глазом Маруша ухватила небольшой сквер, над которым главенствовал дуб-великан. Ловко вывернувшись от смертельных объятий извивающихся щупальцев, птичка спикировала к гигантскому дереву. Дуб встретил Марушу многообразием запахов. Воедино собрались вместе аромат листвы, уже увядающей, но не сдающейся, и терпкий запах толстой коры. Спрятавшиеся во тьме желуди тоже тревожили птичье обоняние, перемешавшись с отголосками росы, пропитавшейся духом, исходящим от могучего ствола и сотен его ветвей. Волна наплывала за волной. И птичка, не выносившая воду, радостно купалась в море запахов, прежде чем отважилась нырнуть в следующее море. Море колышущейся листвы.

Пропитавшиеся влагой листья встретили ее неласково, но, невзирая на шлепки и удары, Маруша пробиралась все глубже и глубже. За листвой оказались сумрачные коридоры, ведущие в высоченные залы, залитые тьмой, которую изредка пронзали лунные лучи то потоком световой воронки, а то просто тонкой серебряной нитью. К поникшему листу прижалась стрекоза. Ее крылья отливали фосфором, словно стрелки двух будильников. Изумрудными крошками повсюду рассыпались светляки, а у самого потолка зависла ночная бабочка, с чьих крыльев утекала дрожащая голубизна. Словно свет автомобильных фар пробегали по стенам и потолку золотые блики падающих звезд.

Раскидывая перемолотые в зеленое месиво листья, в зал ворвался неумолимый преследователь. Напуганные светлячки мигом вспорхнули и бросились в более спокойные места, а бабочка сложила крылья и тут же затерялась во мраке. Только лунный свет ничего не боялся и медленно продвигался по темному помещению. Даже здесь шар чувствовал себя полновластным хозяином. Сердце тревожно застучало, и Маруша нырнула в переплетение веток, а после острой иглой снова вонзилась в сырую листву. Шар не отставал, шар все так же висел сбоку, но рядом оказывался то ствол, то крепкий сук, отшибающий неумолимого врага в стороны.