- Дочь своей матери, - ответила она. - И ученица змея. Завидев неподалеку - всего в каких-нибудь нескольких сотнях ярдов - беспорядочную толпу ютов, которые орали и потрясали окровавленным оружием, бард задрожал от ужаса. "Эти подонки и вправду готовы прикончить нас! Меня, Анлодду, Ланселота - всех нас до единого!"

Корс Кант расплакался - страх и стыд взяли свое. Никакой он не солдат, никакой не воин. Его защищала женщина, и притом женщина намного выше его по положению, особа высокого рода. Невыносимо!

- Просто.., не знаю.., госпожа моя. А что если я.., еще не готов? - он отвернулся, не в силах смотреть ей в глаза. - Принцесса, знаешь, ведь мне почти что не хотелось возвращаться. Оттуда.., ну, ты понимаешь, откуда - сюда. Даже.., ради тебя.

- Но ведь ты вернулся.

- Ты вернула меня, - уточнил бард.

- Я позвала тебя, Корс Кант, и ты ответил на мой зов, - возразила девушка. - Ну и потом, не хочешь же ты всю жизнь оставаться учеником? Это же все равно что читать первую строфу стиха снова и снова.

Она остановилась, взяла юношу за плечи и повернула к себе.

- Корс Кант, нет ничего особенного в том, чтобы тебя застигли врасплох, когда ты находишь одно из древних сокровищ сородичей короля Пвилла! Когда это впервые произошло со мной, я "улетела" на целых три дня! Дядя Лири думал, что я вообще не вернусь. Отцу моему он сказал, что у меня лихорадка, но лихорадило не мое тело, а мой дух.

Корс Кант промолчал, а его возлюбленная продолжала:

- Не произойди этого с тобой, ты бы и не знал, что такое бывает, и не горевал бы. Но теперь, когда ты уже пережил это состояние, лучше бы тебе научиться владеть им, иначе это будет происходить снова и снова, и всякий раз ты будешь пугаться до смерти, а это стыдно. Корс Кант.

Он смотрел себе под ноги, все еще не в силах встретиться с ней взглядом.

- Ну, что еще сказать? - сочувственно проговорила Анлодда. - Наверное, ты ощущаешь себя лошадью, впряженной позади телеги. И не тянешь, и не толкаешь, а только пытаешься держаться на ногах.