— На Иблисе бывают как ураганы, так и землетрясения, — весело заметил Фосдик; его зубы выглядели до странности белыми на сухощавом, смуглом лице. — К тому времени, когда мы взлетим, вы привыкнете и к тому, и к другому.

— Если мы взлетим, — мрачно заметил Клаверинг.

— Взлетим прекрасно. Теперь насчет плато. Это идеальная база для наших операций, так как местность подходит для посадки как самолетов, так и вертолетов. Как мы видим по фотографиям из космоса, к югу там довольно пологий спуск — это скорее скала, чем плато, на самом деле, — с которым смогут справиться наши тракторы. Все, что от вас требуется — это посадить корабль где-нибудь посередине.

— Легче сказать, чем сделать, — саркастически заметил Клаверинг.

Этот план его совсем не радовал. Он воспитывался на больших кораблях концерна «Трансгалактические клиперы», в службе, где самым большим преступлением считалось рисковать кораблем. Он садился только на планетах с подобающими космопортами и соответствующими удобствами. До сих пор он жил в упорядоченной Вселенной, управляемой мудрыми правилами и инструкциями. И сейчас начинал уже сожалеть, что группа, членом которой он являлся, выиграла в лотерею этот огромный приз.

— Сначала мне придется выслать ракеты-зонды, — сказал он.

— Само собой, капитан. Вы космонавт — мы только пассажиры. Условия чартера заключаются в том, что вы доставляете нас и наше оборудование на Иблис и предоставляете корабль под штаб экспедиции. Как вы это сделаете — это полностью ваше дело.

— Мне потребуется помощь ваших людей для обработки полученных зондами данных.

— Само собой.

— И еще мои требования заключаются в следующем: стабильный грунт для посадки и отсутствие ветра скоростью выше пятидесяти узлов.

— А вот теперь, — заметил Фосдик, — вы требуете слишком многого.

Да, думал Клаверинг, он требовал слишком многого. Они с Ларвудом сидели, пристегнувшись к креслам, в е управления, в то время как Фосдик со своей командой обрабатывал данные, получаемые с поверхности планеты внизу.