- Это был всего лишь отголосок сна о Танелорне, Эльрик.

Мелиибоиэец понял, что больше от капитана ничего не добьется.

- Не больно богатый выбор: невесть зачем идти с тобой навстречу неведомым опасностям и никогда больше не увидеть свой мир или высаживаться на острове, населенном проклятыми и теми, кто за ними охотится!

Слепые глаза капитана уставились в сторону Эльрика.

- Я знаю, - тихо сказал он. - Но, тем не менее, это лучшее из того" что я могу тебе предложить.

Вой, мольбы, вопли ужаса приблизились, но теперь они уже не сливались в многоголосый шум. Краем глаза Эльрик заметил несколько рук с оружием, мелькнувших над водой; вода здесь имела неприятный красноватый оттенок, в пене волн то и дело показывались обломки корабля, потерпевшего кораблекрушение: изломанные шпангоуты, обрывки ткани, лоскутья флагов и одежд, обломки оружия и.., трупы. Множество трупов.

- Но где же сама битва? - прошептал Блендекер, завороженный мрачной картиной.

- Она идет на другой плоскости, - отозвался капитан. - Эти обломки просто снесло из одного мира в другой.

- Так это потусторонняя битва? Капитан снова улыбнулся:

- Я не всеведущ. Однако полагаю, что без вмешательства сверхъестественных сил дело не обошлось. Здесь, в морском бою, сошлись воины, по крайней мере, половины миров. Исход битвы решит судьбу многомерной Вселенной. Это есть - или будет - одна из решающих битв, которая определит и судьбу рода человеческого, и назначение человека в следующем Цикле.

- Кто же в ней участвует? - невольно спросил Эльрик, хотя только что решил не задавать вопросов. - И ради чего они сражаются?

- Со временем ты, наверное, узнаешь и это, - капитан снова повернул незрячее лицо в сторону моря.

Блендекер принюхался.

- Гарь! Ну и вонь!

Эльрика тоже беспокоил тошнотворный и все усиливающийся запах. То здесь то там по воде перебегали сполохи пламени; в огне мелькали лица тонущих. Некоторые из них судорожно цеплялись за почерневшие обломки. Эльрик с удивлением понял, что далеко не все лица здесь человеческие, хотя некоторое человекоподобие и объединяло их. Твари с бычьими и свиными мордами тянули руки к Черному Кораблю и жалобно взывали о помощи, но капитан не обращал на них внимания, и штурман ни разу не изменил курс.