Наконец я услышал самый приятный для меня в этот момент звук — где-то в том месте, куда только что я разрядил половину магазина, раздались пронзительные крики, переходящие в надрывный нечеловеческий вопль. Я так давно не стрелял по живым мишеням, что уже начал забывать, какой мощный допинг представляет собой крик поверженного врага! Холодный дьявольский азарт овладел мной. Нащупав в кармашках поясного ремня ручную гранату, я метнул её прямо туда, откуда доносился вой. В следующее мгновение раздался глухой взрыв, в котором на время потонули доносящиеся со всех сторон выстрелы, и мои уши едва не свернулись в улитки от толкнувшей в барабанные перепонки ударной волны. После взрыва гранаты ответная стрельба на нашем участке прекратилась, и, выпустив для верности еще несколько очередей, ребята перестали давить на курки. Где-то за кустами мелькнула неясная тень, а потом наступила тишина.
— Дайте кто-нибудь закурить, мать вашу за ногу! — Я повернулся лицом к стоящему в метре от меня бойцу и перевел учащенное дыхание. — Перерыв!..
Володя Борисович нацепил «Калашникова» на плечо, достал из помятой пачки две сигареты, быстро прикурил от пластмассовой зажигалки и протянул одну мне. Я курил так, словно перенес зверскую антиникотиновую пытку — глубоко, до боли в ребрах, втягивая в легкие горький дым дешевой украинской «Ватры».
— Где ты взял эту гадость?!
— Нормальные сигареты, — прохрипел в ответ Борисович, пожимая плечами. — Из дома прислали!..
— Ну ты даёшь… хохол! — Быстро утолив жажду, я выкинул бычок и осторожно выглянул из-за ствола толстой сосны.
Тихо. В горячке я даже не заметил, когда отзвучал последний выстрел. Слышались лишь треск сгорающего возле КПП «Урала» и приглушенные голоса находящихся на крыше гаража бойцов второй пятерки. Где-то там должен быть Саблин. Я не мог его видеть, так как нас разделяло пустующее здание, построенное, вероятно, еще при царе Горохе и до сих пор не нашедшее применения. «Золотой ручей» появился на секретных воинских картах пятнадцать лет назад, шесть лет назад — пропал, одновременно с передачей законсервированного объекта на попечение «конторы».