Это, в сущности, ничего не меняло. Ник с досадой колотил наручниками по столу. Самому ему не освободиться. Нужно выработать план и заставить Дорранса снять наручники. Ник должен его чем-то удивить. Если Дорранс вернется. А до тех пор нужно отдыхать и набираться сил. Придется неподвижно лежать на этом стальном операционном столе в секретном подземелье, устроенном безумцем, которого свело с ума создание Свободной Магии.

Ник лежал в тишине минут пятнадцать или целый час: невозможно судить о времени, если вокруг темнота и ты связан по рукам и ногам. В такой обстановке любой шум кажется громче и значительнее.

Ник снова услышал выстрелы, но криков не было. Выстрелы повторились еще через несколько секунд, теперь они стали громче и ближе, а за ними последовало хлопанье металлической двери и торопливые шаги. Шаги нескольких человек.

— Помогите! — закричал Ник. — Помогите! Я привязан!

Он решил, что есть смысл кричать. Даже фанатичные служащие Департамента Тринадцати должны теперь догадаться, что Дорранс — сумасшедший, который вовлек их во что-то ужасное.

— Помогите!

Шаги раздались ближе, и луч фонарика, ворвавшийся в комнату, ослепил Ника. В желтом нимбе света Ник разглядел два силуэта.

— Снимите наручники и развяжите его, — приказал один. Ник узнал голос. Это был констебль Риптон. Вторым человеком, шагнувшим вперед, был профессор Лакридж. Бледный, трясущийся Лакридж стал возиться с винтами наручников. Риптон держал в руках револьвер и направлял его на Лакриджа.

— Простите, что так долго, сэр, — спокойно сказал Риптон. — Но тут такая паника.

Ник вдруг понял истинный смысл слов Риптона. В сознании Ника пробежали слова дяди:

МОГУ ТЕБЯ ЗАВЕРИТЬ, ЗА НИМИ ВЕДЕТСЯ ОЧЕНЬ ТЩАТЕЛЬНОЕ НАБЛЮДЕНИЕ.

— Вы на самом деле не из Д13? Вы один из людей моего дяди?