Дафна остановилась в конце коридора, освещенного - если такое слово подходит - редкими лампочками в стеклянных цветах, растущих из стен. Тени подчеркивали обои.

- Вот тут будете вы, - сказала Даф, толкая дверь.

Рядом с окошком под желтеющей лампочкой ишилик, уходил вниз почти до ковра, коричневого как грязь. Углом стояла узкая кровать напротив гардероба и ночного столика и умывальника под мутным зеркалом. По крайней мере на полочке возле умывальника был телефон. Даф отдала ему сумку, когда он вошел в комнату.

- Вас позовут, когда настанет время, - объяснила она.

- Время? Время...

- Обеда и веселья, тупица! - сказала она с таким резким смехом, что уши вздрогнули.

Она уже прошла полкоридора до лестницы, когда он решил к ней обратиться.

- А ключ мне не полагается?

- Он будет у мистера Снелла. Мистера Снелла, - напомнила она и ушла.

Надо будет позвонить Рут, как только он высушится и переоденется. Где-нибудь здесь должен быть туалет. Он закинул сумку на плечо, придерживая пальцем, и вышел в сумрак коридора. Не успел он пройти пару шагов, как над краем пола высунулась голова Даф.

- Вы нас не покидайте.

Дурость, но он почувствовал свою вину.

- Только в туалет схожу.

- Это там, куда вы идете, - сказала она достаточно твердо, чтобы это была команда, а не совет, и тут же исчезла в дыре лестницы.

Не может быть, чтобы она имела в виду соседнюю комнату. Когда ему удалось уговорить липкую пластиковую ручку повернуться, он увидел за дверью комнату, очень похожую на его собственную, только окно было в покатой крыше. На кровати в сумерках, уже переходящих в темень, сидела фигура в голубом детском комбинезоне - плюшевый медведь с большими черными рваными глазами, а может, без них.