— Ну, если так, то не будем тратить слова. Категория учета 16S, которую, кстати, вы уже успели подтвердить, лишает вас всяких прав. Вы будете жить там, где вам укажут, и делать то, что вам укажут, если вообще будете...

— Во-первых, с этой несчастной 16S я шесть с половиной и лет управлял самым совершенным оружием — боевым патрульным крейсером, а последние три года их звеном. Благодаря моей 16S мы практически не несли потерь от внезапных нападений, командование Базы использовало меня для прекогнистического обнаружения кораблей и баз противника. В Дальнем Космосе обладание «опасными паранормальными способностями», как формулируется 16S, использовалось на благо Системе. Мне бы хотелось, чтобы и в дальнейшем меня рассматривали как ценного специалиста, но не как опасного отщепенца.

Во-вторых, мною подан рапорт о приеме в Академию Генерального штаба. Среди рекомендателей — начальник Базы генерал Карцев и комиссар СБ майор Доусон. Официально подобные рапорты рассматриваются не менее пяти месяцев. До заключения авторитетной комиссии о пригодности заявитель продолжает оставаться военнослужащим с сохранением воинского звания, оклада, табельного оружия, льгот и привилегий по третьему классу, и прочее, и прочее. Хочу вам также напомнить, что третий имущественный класс сохраняется для военнослужащих, окончивших службу в чине не ниже майора в Планетной охране или Белом Патруле, и капитана в Дальней Разведке, вы это знаете.

В-третьих, я заявляю официальный протест против попытки убийства меня командой досмотра, а также нанесения побоев пилоту транспортной службы Базы.

— О чем вы? — притворно удивился Каминский. — Сейчас мы его сами спросим.

И действительно, Ричардс, несмотря на разбитый нос и наливающееся синевой опухшее лицо, дрожащим голосом принялся уверять, что это он споткнулся, постоянно запинаясь и оглядываясь. Закончив разговор, пилот вытянулся в струнку и откозырял, как забитый солдат-первогодок. .