- Она может стереть с лица земли весь поселок, - на полном серьезе сказал мэр. Остальные двое кивнули.

- Каким образом? - не удержался я.

- Смотри сам, - он махнул рукой налево, туда, где солнце еще спокойно разбрасывало свои лучи по округе.

Я обратил внимание, что холм, вокруг которого разросся заброшенный сад, на самом деле представлял не что иное, как останки разрушенного дома. Обгорелые до черноты кирпичи, то и дело проглядывали сквозь зелень кустов и фруктовых деревьев.

- И много людей погибло? - спросил я, вглядываясь в картину чьей-то беды.

- Ни одного, - гордо сказал мэр, словно это была его личная заслуга. Здесь жил угольщик, и как-то раз, когда он рыскал у подножия горы, разразилась гроза, навроде той, что сейчас будет. Молнии ударяли в его дом одна за другой, пока не выжгли до основания. А потом гроза сразу утихла.

- А что угольщик?

- Вернулся, посмотрел, да и уехал отсюда. Сначала, правда, предлагал собраться всем миром и убить ведьму. Только дураков у нас нет.

- А если она весь поселок сожжет?

- Ну, такого мы не допустим, - сказал тот, что сидел посреди. - У нас есть ополчение. Стоит нам только кликнуть, как соберется толпа и тогда ведьме не поздоровится.

- А почему надо ждать всеобщего разрушения?

- Ведьма нам особо не мешает. Наоборот. В теперешние времена молодежь так и рвется к вам, в большие города, вот и разбежалась бы вся. А так - нет! Она здесь, в ополчении. А пока ополчение не востребовано, оно работает в садах, да на полях. Зачем же процветание родного поселка на корню губить.

- Я смотрю, вы тут неплохо устроились, - улыбнулся я, и в этот миг черная туча поглотила солнце. Старики поспешно поднялись и заспешили в разные стороны, надеясь опередить тяжелые капли, которые вот-вот уже готовились застучать по листве, да по пыльной дороге.

- Когда-нибудь мы все же сожжем зло в его собственном логове, - пробурчал дальний старикашка.