Инстинктивно он поискал глазами Альфию, полагая, что увидит злобное торжество на ее уродливом лице. Однако – о чудо! – картина, представшая взору киммерийца, была совершенно иной.

Рослый человек в длинных белых одеждах с единственным украшением – широкой золотой цепью на груди, – высился посреди сада. Справа и слева от него стояли стражники с мечами и копьями. Человек этот был немолод. Морщины прорезали его темное лицо, обрамленное белоснежной бородой. И тем удивительнее сверкали на этом старом смуглом лице очень, светлые голубые глаза.

Альфия лежала у его ног, громко всхлипывая. Правитель смотрел на нее с грустной усмешкой. Затем он заговорил.

– Ты принимала втайне от меня любовников в этом доме. Глупая женщина, до чего довело тебя твое сладострастие? Ты сделала меня посмешищем.

– Господин, – всхлипнула Альфия, – меня оклеветали!

Правитель оглянулся, ища глазами кого-то среди своей свиты. Вперед выступил кругленький человечек с пухлыми щеками – евнух. Он испуганно обвел взглядом стражников, а затем подбежал к правителю и пал перед ним на колени.

– Господин! – закричал евнух тонким голосом. – Эта женщина лжет! Она отравила мою сестру, одну из преданных твоих служанок, потому что ты однажды обратил на бедняжку свое сиятельное внимание! Она повсюду разыскивала молодых мужчин и звала их в этот дом, дабы они ублажали ее. Я сам это видел, потому что, – евнух склонил голову к земле и коснулся лбом сапог господина, – потому что она иногда посылала на поиски новых мужчин меня.

Правитель слегка подтолкнул евнуха сапогом.

– Поднимись и говори яснее – мне плохо слышно, что ты там бормочешь, – велел правитель.

Евнух тотчас выпрямился, как будто в нем дернулась пружинка.

– Я исполнял ее поручения и разыскивал для нее любовников на рынке и в караван-сараях, – повторил обвинитель и метнул в сторону Альфии испуганный взгляд. – Спроси ее, куда исчезали те мужчины, что дарили ей преступные ласки!