Изготовление пищи из минерального сырья навсегда разрешило проблему. Создавать питательные вещества в виде каких угодно блюд не составляло труда, можно было имитировать цвет, вкус и запах. Оставалось только изготовить эталонные образцы основных продуктов: мяса, хлеба, рыбы, молока… Нужно было найти хотя бы одного человека, кто помнил вкус натуральной пищи. В период войн люди привыкли к эрзацам и подделкам. Разыскали дряхлого старика, который уверял, что помнит даже вкус рыбной икры. Он-то и стал дегустатором на первой пищевой фабрике. Лично им опробованные эталоны продуктов хранятся в центральной палате мер и весов.

– Все ясно, – сообразил я, – старикашка страдал хроническим насморком, и перепутал все запахи.

Итгол все же был чем-то обеспокоен, несколько раз я замечал, как он настораживался и прислушивался к тому, что происходит в коридоре. Оставаться долго в палате ему было опасно. Прежде чем уйти, он сказал:

– На днях вас выпишут из лечебницы. Я знаю заключение медицинских экспертов: вы признаны нормальным человеком и поэтому будете пользоваться всеми правами гражданина Земтера. Сможете выбрать себе жилище в любом секторе, на каком захотите, из двухсот тридцати шести этажей. На днях я повидаюсь с вами.

С этими словами он встал и вышел из палаты. Я кинулся к двери вслед за ним – он забыл сказать, каким образом я должен буду сообщить ему о себе.

Прошло не больше пяти секунд, и хотя до ближайшего поворота в любую сторону было не меньше ста метров, Итгола нигде не было видно.

На другой день меня пригласили в канцелярию. Чиновник вручил мне жегон – земтерское удостоверение личности.

Поселиться я мог где угодно: незанятых помещений всюду хватало, но прежде чем выбрать, я решил осмотреться. Просторные пешеходные тоннели соединяли смежные этажи. Они были безлюдны, как вокзалы метро в ночные часы. Полотно движущейся дороги скользило безостановочно вдоль наклоненных каменных галерей.