— Жуткая погодка, верно? Э, не нужно на меня брызгать, редгард!

— П-простите, п-пожалуйста, я не нарочно…

Аррайда слишком устала, чтобы пугаться — а не то рванула бы наутек: над совершенно обычным темным плащом, скрывающим фигуру незнакомца, торчала, чуть светясь разноцветными чешуями, огромная ящеричья голова.

— Ох, ну что ты… — когтистая лапа, вынырнув из того же плаща, поддержала девушку под локоть. — Ты нездешняя, что ли? А я Тот-что-под-мостом.

— "Тот" кто?

— …что-под-мостом, — одним духом выговорил ящер, — зовут меня так. — У нас, Людей Корня, у всех имена красивые и «говорящие».

Скромностью своей Тот напомнил Аррайде Арилля, и она улыбнулась.

— Может, ты мне подскажешь, где найти "Южную стену"?

Ящер раздул жабо на шее:

— Ну, это просто. Вон там мост, видишь? Переходишь Одай, поднимаешься по лестнице под аркой и направо.

— Спасибо! — Аррайда отважно выскочила под ливень. Обогнула угол дома и по ступенькам взбежала на довольно широкий мост, пересекающий реку. И налетела на караульного с фонарем, похожего в своих доспехах на колючего желтого краба, со шлемом, вытянутым, точно звериная морда. По набережной, не обращая внимания на ненастье, прогуливались еще двое таких же стражников. Да мок мордатый, полуголый детина с выступающими за губы клычками и неприятным выражением отдающего в зелень лица.

— Проходи, не задерживайся! — рявкнул стражник, перегораживая дорогу. Мордатый заржал.

Аррайда, огибая препятствие, вскочила на парапет, поскользнулась и полетела в воду. И едва не оглохла, вынырнув — так ревела и пенилась Одай, ударяясь о каменные сваи и берега. С шипением лопались молнии, гремел гром. Но даже в этом ужасающем грохоте можно было расслышать презрительные выкрики и громкий хохот. Стражники и редкие прохожие развлекались в свое удовольствие, видя, как несчастная барахтается в мутной воде, силясь вскарабкаться на каменистый скользкий берег, а вода играет ею, будто щепкой, кружит и волочет за городскую стену. Сломав ногти и ссадив кожу на ладонях, Аррайда все же выбралась из реки и часть пути до "Южной стены" проделала на четвереньках.