— Дай-ка мне миску с чистой водой!

Драрейна с поджатыми губами выполнила просьбу. Не обращая на подушечницу внимания, альдмер вытряхнул из кошеля у пояса горсть растертой травы. Покатал в пальцах, понюхал — и бросил в воду. Вода вскипела.

— На тебе деньги да беги от него, — Телас сунула Аррайде узелок. — А то будет с тобой то, что с крысами.

Девушка моргнула.

— А что с крысами? — похоже, широкие уши Тьермэйлина не пропустили ни словечка.

Драрейна уперла руки в боки, полыхнула глазами:

— А кто мне обещал, по-соседски? Кто клялся, что у него лучшая отрава из горьколистника? Десять «дракошек» содрал?

Альдмер наклонил голову к плечу и наслаждался. От этого торговка раскипятилась еще больше.

— Аптекарь! Глаза твои бесстыжие!

Тьермэйлин улыбнулся краешками губ.

— Я отраву-то раскидала! А они ее съели, и хоть бы им хны! В такие расходы меня ввел! Нет, ты глянь, — она широким жестом обвела комнату, отчего пух и перья, улегшиеся, было, взвились метелью. Аптекарь чихнул, сморщил нос и щелкнул пальцами. Драрейна икнула и уселась на пустой стул. А в комнате стало чисто. И мертвые крысы исчезли.

— Кстати… Отменное заклинание, — альдмер потянул носом, принюхиваясь к запаху трав, бурлящих в миске. — Чистит, избавляет от штопки, — он подмигнул Аррайде. — Короче, исцеляет одежду и дом, как мои травы сейчас вылечат твою шкурку. Купи, не пожалеешь.

Тьермэйлин сплел пальцы — точно так, как показывал девушке Косадес. Редгардка невольно повторила жест. Альдмер моргнул.

— Кстати, кровь плохо отстирывается даже в холодной воде… — продолжил он, слегка заикаясь. — А-а… а драться тебе часто предстоит.

— Обрадовал, — сочувственно поглядела на Аррайду Телас. — Лучше не пей.

— Гуаром станешь, — Тьермэйлин подергал себя за уши и повторил жест, по которым узнаются «клинки», снова. Аррайда тоже переплела пальцы и застонала. Альдмер поднес миску: