— Я не собираюсь странствовать.

— Как знать…

Склад Арилля пропах пряностями, ржавчиной и сухарями. Трактирщик повесил на крюк фонарь и стал перетряхивать сундуки и снимать развешанную по стенам броню.

— Вот это… вот это, пожалуй, подойдет, — на растопыренных руках он поднес кожаную кирасу с железными клепками. — И подогнать легко — прямо счас пробью новые дырки в ремнях. Она еще изнутри подбита для мягкости, — он подул внутрь и громко расчихался от полетевшей пыли. Подлетел Фаргот со щеткой:

— Сейчас… Понимаешь, этот товар в деревне не особенно нужен. У Легиона свой склад…

Аррайда бродила вдоль стен и, напрягая зрение, разглядывала развешанные в скобах мечи, вынимала те, что были в ножнах.

— Если «дракошек» не хватит — я скидку сделаю, — просипел Арилль. И… — он свалил кирасу на крышку сундука и с головой полез в высокий кувшин в углу. — О, свитки божественного вмешательства. Для странника вещь бесценная. Выносит точно к имперскому алтарю.

— И с собой кое-что позволяет прихватить, — закатил глазки босмер.

— Это подарок. Чтобы ты на нас зла не держала.

Аррайда, сглотнув, кивнула. С помощью помощников влезла в кирасу, подняла руки, чтобы им удобнее было затянуть ремешки. Альдмер гордо похлопал по кожаному плечу:

— Как на тебя скроена. Ты еще вспомнишь меня добрым словом. Мы, альдмеры, мудрые и…

— Жутко скромные, — подсказал босмер, хихикая. — Ну, выбрала клинок?

Похоже, клеймора эта долго валялась в самом дальнем углу, потускнела, а местами почернела, но там, где девушка потерла клинок рукавом, мягко засияло серебро. Рукоять с серебряным «яблоком», плавная, с цветочным узором крестовина, надежная тяжесть в руках — Аррайда влюбилась в него сразу.

Трактирщик глубоко вздохнул:

— Ладно. Наточу и отполирую, пока будешь отсыпаться. И перевязь с петлями. И… — он снова зарылся в свои сундуки, — где-то тут она была… о, вот!