– Здесь я вынужден остановиться, — заявил Кризераст. — Поскольку не могу посещать места, где нет маны.

Хромой постепенно пришел в себя, отдышался, встал на колени. Через минуту он сообразит, что его крошечный запас воды остался в двенадцати милях отсюда.

– Ну, и каково же будет твое третье желание, мой спаситель? — поторопил его Кризераст.

– Фу! Вот прокатились, так прокатились! Ты уверен, что хотел употребить именно слово «спаситель»? — Хромой огляделся по сторонам и произнес под нос: — Ну хорошо, а где же дым? Миранди!

– Почему я не должен называть тебя спасителем?

– Существа вроде тебя не переносят скуки. Когда возникает необходимость, джинны сами создают свои бутылки, а потом прячутся в них и засыпают. Спят они до тех пор, пока их что-нибудь не разбудит.

– А ты немало о нас знаешь, верно?

– Верно.

– Что ты ищешь?

– Дым. Я его не вижу. Наверное, что-то случилось с Миранди. Миранди-и-и…

– Ты тут не один? Хочешь, я найду твою подружку?

Кризераст уже давно ее отыскал. На вершине одной из дюн виднелось красное пятнышко — какая-то тряпица. А в двухстах шагах к северу стоял маленький навес.

Хромой оказался отличным игроком. Его спутница ждала у границы между волшебным миром и обычным, между деревней Ксилошан и убежищем Кризераста. Ифрит доставил Хромого практически к ее ногам. Точнее, в лагерь, где человека поджидали два вьючных животных и запас воды.

Порыв ветра может засыпать красную тряпку песком…

На месте Хромого джинн был бы счастлив, одержав две столь значительные победы над волшебным существом. Однако человек просто поднял слиток и двинулся вперед. Через несколько мгновений он перешел на бег, увеличил скорость, проверяя, как ведут себя новая нога и здоровое тело.