Мужчина в синей рабочей одежде открыл нам ворота, и Саки повел джип по посыпанной гравием красной дороге, которая, изгибаясь дугой, вела ко входу с высокими каменными ступенями. Когда мы остановились, занавеска на одном из огромных окон отдернулась и выглянула женщина.

Это была Симона Стантон. Я всегда узнала бы это лицо и роскошные рыжие волосы. Когда я выходила из джипа, она отвернулась и стала разговаривать с кем-то стоявшим рядом с ней. Саки взял мой чемодан и машинку и понес их к лестнице.

Каменные колонны по обеим сторонам увенчанного аркой дверного проема были украшены фигурами балетных персонажей, а над дверью орел с широко распростертыми крыльями, казалось, парил в воздухе, наблюдая за мной каменными глазами, словно намереваясь броситься вниз, вцепиться когтями и заклевать своим изогнутым клювом.

— Кондор-Хаус, — прошептал Саки, когда я нажала на звонок. — Вы действительно хотите остаться здесь?

— Да, Саки, я… — Но я не успела договорить.

Тяжелая дверь открылась, и высокий, очень красивый мужчина лет двадцати восьми улыбнулся мне. Его густые светлые волосы были приглажены, и это очень шло к загорелому лицу.

— Привет, — сказал он. — Мы с Симоной видели, как вы подъехали. Вы Маделин Феррари, не так ли?

— Да, — сказала я, отвечая на его улыбку. — Телефонная линия повреждена. Я не смогла связаться с Кондор-Хаус.

— И вас подвез Пятница Тони Ранда? Как поживает твой хозяин, Саки? Удивительно, почему он не привез такую привлекательную пассажирку сам. Я сделал бы это, если бы мне предоставилась хоть какая-то возможность.

Саки без улыбки кивнул:

— У мистера Ранда все в порядке, мистер Сангер. Он слишком занят, чтобы подвозить мисс Феррари, поэтому ее привез Саки.