Минда прервала ее речь:
— Это из запасов Хадона?
— Именно так, — усмехнулась Кейт. — Из того хорошенького бочонка, что стоит у него под кроватью. У меня есть маленькая фляжка, и я доливаю в нее понемножку каждый раз, когда убираюсь в его комнате.
— Ты здорово придумала, — со смехом сказала Минда.
Этой ночью Минда уселась в кровати и зажгла свечу. Ее спальня была расположена как раз над кухней. Дверь выходила на лестничную площадку, а из окна были видны двор и конюшня. Кровать стояла вдоль западной стены, и окно было справа. В дубовом комоде хранилась одежда. Перед окном стоял узкий стол, заваленный разными безделушками — от резного оленьего рога, подаренного дядей Томалином, до коллекции камешков и расписанной собственноручно Джейни высокой вазой. Рядом со столом на стене висела узкая полочка с несколькими книжками и журналами, собранными за последние несколько лет. Приятель Минды по имени Рабберт держал книжную лавку на Элдинг-стрит, и большинство книг было куплено именно там.
Тишину в комнате нарушало лишь дыхание Минды. Вся гостиница погрузилась в сон. Ни один из посетителей сегодня не остался на ночь, а все местные жители уже разошлись по домам. Пин, как обычно, спал на сеновале над конюшней, Кейт — в своей спальне через две двери дальше по коридору. Хадон недавно поднялся из кухни и с грохотом захлопнул за собой дверь своей комнаты; теперь и он уже, наверно, уснул.
Минда полусидела в постели, до подбородка натянув одеяло, и рассматривала свое отражение в зеркале на противоположной стене. В сумраке она могла разобрать только неясную тень. Минду опять колотила дрожь, хотя ночь выдалась совсем не холодной. После тяжелого дня все тело жаждало отдыха, и Минда сознавала, что не сможет долго бодрствовать. Уже сейчас глаза у нее слипались.
Она изо всех сил старалась не уснуть. Свеча рассеивала мрак вокруг нее, зато по углам от дрожащего огонька возникали тени, напоминавшие о темных призраках из ее снов. Минда нахмурилась, откинулась на подушку и задула свечу, сама удивившись своей решительности. Обхватив колени руками, она стала покачиваться взад и вперед, чтобы прогнать сон, стараясь не думать о сновидениях. Эти кошмары преследовали ее и днем и ночью.