Шихан чувствовал, как в нём нарастает страх. Возникло отчётливое ощущение, что невидимый Гаврик находится рядом.

Его затошнило.

— Перебрал, так и есть — перебрал, — сказал Гундос.

Главаря подхватили, отвели в туалет и оставили там одного. Трясущийся, покрытый липким потом, он какое-то время стоял на четвереньках перед унитазом, судорожно пытаясь избавиться от лишнего содержимого желудка, а потом поднял голову и внимательно оглядел стены.

Дух Гаврика витал где-то здесь. Шихан был уверен в этом.

Внезапно он вспомнил, что имеет над ним власть. Он упёрся руками в края унитаза и привстал. "Гаврик, сука, слышишь меня? — сказал он мысленно. — Отвечай на вопрос, когда с тобой говорю я, Шихан! Ты здесь?" Ему показалось, что где-то в глубине его сознания эхом откликнулось: "Здесь…" "А коли здесь, — Шихан озирался с колотящимся сердцем, как будто Гаврик в любой момент мог возникнуть из воздуха, — а коли здесь, говори, куда бабки заныкал! Колись, я тебе приказываю, пидормот сраный!" Он умолк, вслушиваясь в свои мысли, но мыслей почти никаких не было, голова словно была набита комьями ваты. Этой же ватой заложило и уши. Шихан слышал только свой собственный голос: "Ну ты, гнида, колись по-быстрому! Где деньги? Ты обязан мне подчиняться! Я требую, чтоб ты сказал, где деньги! Колись, а то расколошмачу твой поганый череп вдребезги! Колись, падла!"

Он сам не заметил, как заговорил вслух. В туалете появились обеспокоенные братки, подхватили его и повели в спальню.

— Я так и знал, это слишком большая доза для него, — пробился сквозь вату голос Карима.

— Нет, просто вино крепкое, в башку ударило, — отозвался другой голос.

— Он говорит, чтоб кто-то кололся, слышали?

— Проспаться ему надо…